А притом. Название этого мороженого — прямая географическая отсылка к реальному французскому городу Пломбьер-ле-Бен на востоке Франции. Небольшой курортный городок с термальными источниками, где поправляли здоровье Вольтер и Гойя, где Бомарше написал «Женитьбу Фигаро» и где, судя по всему, очень хорошо умели готовить. Именно там в XIX веке местные кондитеры придумали особый сливочный десерт — из жирных сливок, яиц, засахаренных фруктов и вишни в спирте. Десерт произвёл фурор и так впечатлил Наполеона III, что слава о нём мгновенно разошлась по всей Европе. Французское название glace Plombières — буквально «мороженое из Пломбьера» — со временем превратилось в русском языке в короткое и удобное «пломбир». Правда, первое письменное упоминание этого десерта датируется 1815 годом — то есть ещё до того, как Наполеон III вообще пришёл к власти. Легенда про императора красивая, но реальность скромнее: он просто популяризировал то, что в этом городке давно и с большим удовольствием ели местные жители и приезжие.
Самое смешное, что ни в СССР, ни в современной России абсолютное большинство людей ни малейшего понятия не имеют о французских корнях слова «пломбир». Все думают — своё, советское, почти родное. А это французское название тихо дожило до XXI века и спокойно лежит в морозилке каждого российского супермаркета, никому ни в чём не признаваясь.
И пломбир здесь совсем не одинок. «Котлета» — от французского côtelette, что означает «кусочек мяса на кости». Никакого перекрученного фарша — настоящие французы бы просто ужаснулись тому, во что превратили их слово. «Суп», «соус», «бульон», «омлет», «рагу», «мармелад», «паштет» — всё это слова, которые русский человек произносит каждый день на кухне, даже не подозревая, что в этот момент он фактически говорит по-французски. Непреднамеренное двуязычие в действии.
Французская кулинарная экспансия случилась тихо и совершенно без единого выстрела. Пока Россия и Франция воевали, мирились и снова воевали, французская кухня неторопливо и очень основательно обосновалась на русских столах и в русском языке — причём, судя по всему, уже навсегда. Забавно, если инициатива депутатов "исключить все иностранные слова из русского языка" будет реализована, то нам, кажется, придётся стать молчаливыми и голодными!