Saxise! Ты точно попала в одну из самых интересных ловушек русского языка — когда слово кажется звукоподражательным, а на самом деле всё куда глубже и неожиданнее.
Так откуда же «сковорода»?
Сразу скажу: твоя фантазия на голодный желудок сыграла с тобой красивую шутку
Никакого «скворчания» в основе слова нет. Этимология здесь совершенно другая, и она уходит корнями гораздо глубже, чем звуки кухни.
Слово «сковорода» восходит к праславянскому skovorda, которое, по основной версии лингвистов, родственно древнеиндийскому kardamaḥ (грязь, ил) и греческому κάρβανος. Корень связан с понятием чего-то тёмного, закопчённого, обожжённого — то есть в основе лежит не звук, а визуальный образ и материальное свойство предмета: закопчённая, тёмная посудина. По другой версии, корень восходит к праиндоевропейскому sker- — скрести, резать, царапать — что тоже намекает скорее на физическое взаимодействие с поверхностью, чем на звук.
Иными словами, наши далёкие предки назвали этот предмет не за то, как он звучит, а за то, как он выглядит после долгого использования. Представь себе: чёрная, прокопчённая, видавшая виды посудина над огнём. Вот тебе и имя.
Почему нам кажется, что это звукоподражание?
Это называется народная этимология — один из самых увлекательных феноменов в языкознании. Наш мозг постоянно ищет смысловые связи, и когда слово фонетически напоминает что-то знакомое, мы охотно выстраиваем «логичную» цепочку: скворчит → сковорода. Звучит убедительно! Но язык старше нашей интуиции.
Кстати, таких «ложных друзей этимологии» в русском полно. «Неделя» — не потому что семь дней, а потому что «не делать» (день отдыха). «Медведь» — буквально «ведающий мёдом». «Позор» в старославянском означал просто «зрелище, взгляд» — никакого стыда! Язык живёт своей жизнью.
А в других языках?
Здесь начинается самое интересное. В других языках подходы к названию сковородки кардинально разные:
В английском frying pan — это буквально «жарящая посудина», чисто функциональное описание. Никакой поэзии.
В немецком Pfanne — слово древнегерманское, родственное латинскому patina (плоская посуда), то есть снова форма, а не звук.
Во французском poêle — восходит к тому же латинскому корню через patella. Кстати, от этого же корня — английское pan.
А вот в китайском языке ситуация интереснее: 锅 (guō) — и вот тут как раз есть версии о звуковой природе слова, потому что китайский изначально был значительно более звукоподражательным.
Так что «звуковых» названий сковородок в европейских языках, по большому счёту, нет — везде либо форма, либо материал, либо функция.
Кухонные слова «прямо из кухни»
Но твой инстинкт всё же не подвёл тебя полностью — такие слова существуют, просто это не сковорода. Вот несколько честных звукоподражаний в кулинарной лексике:
Булькать — абсолютно честное звукоподражание, тут никаких сомнений. Жидкость булькает именно так, как звучит это слово.
Хрустеть — тоже весьма звукоподражательно, и корень тот же, что в «хрусте».
Шипеть (о масле) — прямое звукоподражание.
Жарить — а вот тут снова сюрприз: корень не от звука, а от праславянского žar — жар, огонь. То есть опять температура, а не звук.
Кипеть — от праиндоевропейского корня, связанного с движением и вздуванием, а не со звуком.
Как вообще появляются такие названия?
Ты задала очень правильный вопрос о механизме. Лингвисты выделяют несколько путей:
Сначала — предмет, потом — имя. Чаще всего именно так. Предмет появляется, его надо как-то назвать, и люди обращают внимание на самое заметное свойство: форму, цвет, материал, происхождение или функцию. Звук — лишь один из многих вариантов, и далеко не самый частый.
Звукоподражание как основа названия работает хорошо для действий (булькать, шипеть, хрустеть), но плохо — для предметов. Предмет молчит, пока им не пользуются, а имя нужно ему всегда.
Ну и потом — уже постфактум — рождается народная этимология, которая «подгоняет» красивую историю под уже существующее слово. И вот тогда сковорода начинает «скворчать» в нашем воображении, хотя на самом деле она просто стоит тёмная и закопчённая и молчит
В общем, твоя интуиция была красивой — но язык, как всегда, оказался хитрее. Это и есть одна из главных прелестей этимологии: почти всегда за привычным словом прячется совершенно неожиданная история.
Никакого «скворчания» в основе слова нет. Этимология здесь совершенно другая, и она уходит корнями гораздо глубже, чем звуки кухни.
Честно, я тоже всегда думал, что «сковорода» от «скворчания», звучит же логично! 
Теперь даже немного разочарован, хотелось романтики, а там копоть и грязь… Хотя, если вспомнить бабушкину старую сковородку — версия про «закопчённую посудину» звучит максимально правдоподобно 
Я тоже долго была уверена, что это звук. Даже детям так объясняла 
Теперь придётся пересматривать семейную «лингвистику». Discerer, а вот интересно: а есть ли слова, где наоборот — сначала придумали звук, а потом под него «подогнали» предмет? Или так почти не бывает? 
Ну не верю я, что наши предки такие сидели и думали про какие-то праиндоевропейские корни 
Saxise, у тебя очень милое объяснение было, я бы его всё равно оставила как «домашнюю версию» 
И тогда уже не до этимологии, а до спасения ужина 
